Купола и подземелья. Необычные прогулки по Иерусалиму
Фото: tourism.zahav.ru
Купола и подземелья. Необычные прогулки по Иерусалиму

Иерусалим послойно 

Мечеть Аль-Акса довлеет здесь всюду. Ее черный купол расположен вплотную к стене и хорошо виден там, где золотого купола уже не видать. Это как-то непривычно. Как потом написала одна из моих коллег, - и я вынужден согласиться, - в своих прогулках по Старому городу мы, как правило, следуем исхоженному маршруту - от Яффских ворот к Стене плача. Иногда - с заходом к церкви Гроба или в армянский квартал. А в этот раз мы подъехали с востока по улице Дерех ха-Офель, и через дорогу уже виднелись дома деревни Силуан с черными баками на крышах. И хотя эти баки для воды – отличительная черта любой арабской застройки, здесь даже в этом виделась какая-то цветовая перекличка с черным куполом.

На месте бывшей автомобильной стоянки Гивати, напротив парка Город Давида в Иерусалиме сейчас самые масштабные раскопки в истории Израиля.
Найти их нетрудно, это напротив Южной стены. С одной стороны мечеть Аль-Акса...
С другой - уже начинаются арабские кварталы.
Это вход в Город Давида, но мы там не задержались.
Итак, раскопки. Смысл увиденного нам объясняет наш замечательный гид Ольга Баркон.

 

В последний раз я был здесь лет 10 назад, на праздничной церемонии, которую устроили в сквере у Южной стены Храмовой горы, прямо под окнами мечети Аль-Акса участники какого-то произраильского молодежного движения в ярко раскрашенных майках. И из одного из окон за нами наблюдали двое палестинских детей. В руках у них были бутылки с водой, наверное, они играли в "коктейль Молотова". Но вот беда, окно было забрано металлической сеткой, такой густой, что сквозь нее не то что бутылку, а даже пробку нельзя было протолкнуть. И тогда эти дети придумали вот, что. Резким движением они подносили открытые бутылки к решетке, так что брызги воды, по инерции, летели наружу, довольно далеко. И им удалось-таки нас облить! Немного воды попало даже на охранника, который вскочил и посмотрел наверх.

Но то был спокойный 2007 год, палестинцы тогда не устраивали интифад, а наоборот, объясняли всем, что мир с Израилем – "стратегический выбор" палестинского народа. В этот раз мы были у Южной стены в самый разгар "интифады металлоискателей". Русскоязычных журналистов туда пригласила Компания по восстановлению и развитию еврейского наследия в Иерусалиме. Конкретно в этот день в этой части Старого города было тихо. Но все равно, какая-то тревога ощущалась.

Как, впрочем, и всегда. Неясная тревога – так бы я определил для себя объединяющий признак этого города. Поездка в Иерусалим - это путешествие из тель-авивской расслабленности в город, где тревожно. Из мест, где наше еврейское присутствие уже утвердилось и отлилось в конкретные формы, нравятся нам они или нет, - туда, где оно оспаривается. На уровне обыденного сознания Иерусалим вовсе не воспринимается единым и неделимым. Невозможность соседства с арабами для многих куда очевиднее, чем невозможность разделить город. Ну да, из каких-то высших – политических, исторических, религиозных или технических соображений город должен быть неделим. Но это воспринимается именно как жертва, а по-хорошему, отдать бы к чертовой матери арабам их районы Восточного Иерусалима, куда можно случайно заехать по GPS, и неизвестно, что там с тобой сделают. А улица, по которой мы спускались от Храмовой горы к археологическому парку Город Давида, выглядела совершенно восточно-иерусалимской. Туристы с рюкзаками и замотанные в платок арабские женщины встречались на ней, примерно, в равной пропорции.

Но перейдем, наконец, к теме экскурсии. Многие помнят, что через дорогу от Южной стены была когда-то автомобильная стоянка Гивати. Так вот, ее больше нет. На ее месте большой котлован.

Вообще-то, копают в Городе Давида давно. С XIX века там перебывало с полсотни экспедиций. Но на стоянке Гивати, не копали. Считалось, что древнего Иерусалима там нет. Решили строить на этом месте туристический центр, археологи копнули, для порядка, а там…

Сейчас на месте стоянки - самые масштабные раскопки, которые велись в Израиле со времен шестидневной войны. Их видно на Google map в масштабе 200-100 метров. Во всяком случае, это самые большие раскопки, что я видел в жизни. Они похожи на котлован на строительстве небоскреба.

 

Мы стояли у края котлована, на высоте 703 метра над уровнем моря (у археологов это называется "уровень дневной поверхности") и, как с балкона, смотрели на дно, расположенное на уровне 692 метра. Котлован делился на небольшие площадки, над некоторыми был натянут тент, там велись работы. Наш гид Ольга Баркон объясняла нам сложность стоящих перед археологами задач.

 

Сложность вот, в чем: здесь ведь не Масада, где, по сути, один исторический слой, который когда-нибудь раскопают до последнего артефакта. Здесь куча слоев, 11 метров, 17 веков. Несколько Иерусалимов один над другим.

И не факт, что тот, что ниже, интереснее того, что выше. IX век нашей эры, к примеру, - это Аббасиды, а слой IX века до нашей эры - это 100 лет после Давида и Соломона. Что интереснее? Давид и Соломон, конечно. С другой стороны, ведь и Аббасиды – не "мусор наслоений". Это настоящая "черная дыра" в истории Иерусалима, ждущая своих исследователей…

Затем мы спустились под землю. Приглашающая сторона обещала представить нам новый для русскоязычной читающей публики подземный археологический маршрут. И свое обещание выполнила.   

 

Путь воды 

Подземную топографию Иерусалима определяют два элемента. Во-первых, стены. Есть стены Старого города (5 километров по периметру) и стены Храмовой горы. На макетах эта гора выглядит так, будто ее вершину срезали. На самом деле никто ничего не срезал, небольшую по размерам гору достраивали. Для создания искусственной платформы для храмового комплекса, площадью 150 тысяч квадратных метров царь Ирод обнес гору гигантскими опорными стенами. Длина Южной стены 280 метров, Западной – 485 метров (длина Стены Плача – 60 метров).

Во-вторых вода. Наши предки не хуже нас собирали и использовали дождевую воду, а что им еще оставалось? На весь Иерусалим был когда-то только один подземный источник - Гихон. Вода стекала по нему в водоем Шилоах (Силоам). Вдоль этого водостока проложен сейчас туристический маршрут по тоннелю Хизкиягу. Царь Хизкиягу правил в эпоху Первого Храма, в IIIV-IIV вв. до нашей эры, накануне вавилонского пленения. Этот маршрут более длинный (533 метра), и мокрый, нужны сапоги. И он не новый. Мы по нему не пошли.

Дренажный водосток – это другая водная система, отдельная от источника Гихон. Она отводила дождевую воду из Иерусалима. И вот к этой системе и относился тот отрезок подземелья, куда мы вошли. Он был коротким и сухим. Собственно, это и был тот новый объект, который нам хотели показать, - часть дренажной системы периода Второго Храма, которую открыли археологи профессор Рони Райх и Эли Шукрун.

А куда отводилась дождевая вода? В водоем в южной части Кедронского ущелья, его еще не откопали. Почему? Не к спеху, к тому же согласовывать раскопки в районе арабской застройки – известная морока. Может быть, даже хорошо, если это будет раскопано лет через сто: ведь тогда археологи будут уметь копать гораздо лучше, чем сейчас. Да хорошо бы, если так. Вопрос, есть ли они, эти сто лет? Пока что мы видим повсюду приметы совершенно другой динамики, будь то нависающая над юго-восточным Писгат-Зеэвом громада арабской деревни Аната, недостроенные здания Хар-Хома или поведение арабской молодежи в районе променада Армон ха-Нацив… Уже трудно поверить, что ведь были времена, когда Израилю спокойно позволили построить в Иерусалиме районы Писгат-Зеэв, Гило, Рамот... Стало быть, у иерусалимских археологов еще одна задача: как можно больше, пока это еще возможно в городе, который очень хочет прибрать к рукам кто-то другой. А наша задача - чаще ездить в Иерусалим, чтобы как можно больше увидеть. Чтобы потом мы могли сказать: мы это видели своими глазами...

Таковы были мысли, возможно, навеянные мрачным видом подземелья, по которому мы шли. Каменный тоннель местами сужался до предела: протиснуться можно, а рюкзак застревает. Маршрут явно не для страдающих клаустрофобией. Человеку здесь не комфортно, а воде – в самый раз. В узких местах тоннель был обит толстыми и гладкими резиновыми полосами шириной около метра, - чтобы туристы могли уподобиться воде.

 

Наконец, мы вышли к просторному сводчатому помещению с большой квадратной дырой в потолке, и наш гид Ольга продолжила рассказ.

- Попробуйте угадать, что здесь было?

Загадки не получилось, все поняли, что это остатки водосборной цистерны (видимо, частной), а дыра – это колодец, куда хозяева опускали ведро или что они там использовали вместо ведер. Цистерной пользоваться было уже нельзя: тоннель Ирода пробил ее стенки. Впрочем, возможно, к тому времени наверху уже не жили. Карта города постоянно менялась. Царь Ирод – великий строитель – прокладывая широкие проспекты, сносил старые дома, надо полагать, предоставляя их обитателям альтернативное жилье.

- Не исключено, что здесь действовала знакомая нам схема "пинуй-бинуй", - рассказывала наш гид. 

Один из тогдашних проспектов изображала картина-реконструкция у входа в тоннель. Облицованные белым иерусалимским камнем дома на картине поражали сходством с современными иерусалимскими кварталами. Как будто в одном из таких кварталов устроили карнавал. Или художник нам подыграл, специально добиваясь такого эффекта?

 

Тоннель вывел нас к самому подножию Южной стены Храмовой горы, в район арки Робинсона, - археологический парк, где свалены камни невероятного размера. Завоевавшие город римляне сбрасывали их с иерусалимских стен. Достойное завершение подземного маршрута – своего рода, иерусалимский сад камней, бродить по которому можно часами (столько жара позволяет), настраиваясь на соответствующий лад. Но долго мы там не задержались. Нас повели в центр Давидзона – смотреть экспозицию, посвященную 50-летию освобождения Иерусалима.

Экспозиция эта достойна отдельного рассказа и, вероятно, отдельной экскурсии. А мы доскажем про тоннели. За сотни лет водные системы Иерусалима переплелись, и карта подземелий сделалась настолько сложна, что после падения Второго Храма там еще много лет жили и скрывались еврейские повстанцы. В центре Давидзона нам показали найденные в тоннелях монеты и сосуды - целые, что важно! Это указывает на то, что повстанцы там именно жили, а не скрывались время от времени. Но вот вентиляции та система тоннелей не предусматривала. Поэтому римлянам в итоге удалось выкурить евреев отсюда дымом.

 

Синагога Хурва: белый купол против черного и золотого 

Поднимаясь от Стены плача в еврейский квартал, мы увидели двух бетонных львов, раскрашенных в желтый и бирюзовый цвета, а за ними - огороженную стройплощадку с эмблемой Компании по восстановлению и развитию еврейского наследия в Иерусалиме. Львы остались после недавней концептуальной акции иерусалимских художников, а надпись на стройплощадке извещала, что здесь будет построен лифт, который будет поднимать всех желающих от уровня площади перед Стеной Плача на уровень площади Хурва. Многие туристы удивляются, что до сих пор нет такого лифта.

Синагога Хурва на площади Хурва была нашим следующим туристическим объектом. Долгое время она считалась главной ашкеназийской синагогой Израиля. История ее такова.

В XVIII веке в Иерусалим переселилась группа евреев из Польши, которую возглавлял раввин Иегуда ха-Хасид. Они и начали строительство синагоги, но денег не хватило, и кредиторы-арабы, в отместку, здание сожгли, а поляков изгнали.

Через 100 лет, когда в Иерусалиме поселились выходцы из Литвы, старый долг был еще в силе. Энергичный глава общины Авраам Шломо Цореф добился отмены долга, и строительство возобновилось в 1857 году. Деньги собирали по всей Западной Европе, свой вклад внес даже король Пруссии Фридрих Вильгельм IV. На этот раз, - хватило. В 1864 году работы были завершены. Поскольку архитектор проекта Асад Эфенди был главным архитектором турецкого султана, неудивительно, что синагога вышла похожей на Айю Софию в Константинополе, с белым куполом. Многие замечают подобное сходство также в архитектуре Храма Христа Спасителя в Москве, Морского собора в Кронштадте и некоторых других культовых зданий.

 

Синагогу назвали "Дом Иакова" – в память о банкире Иакове (Джеймсе Майере) Ротшильде. Она простояла до войны 1948 года. Разрушить ее приказал командующий силами арабского легиона. Всего на территории Старого Города в пору иорданского правления было разрушено 48 синагог.

После освобождения Иерусалима праправнук Авраама Цорефа Яаков Соломон начал продвигать идею восстановления синагоги Хурва. В традиционный спор архитекторов (одни предлагали восстановить все, как было, другие, настаивали на том, что надо не имитировать новодел под старину, а построить что-нибудь современное) вмешивались политики. Иерархия религиозных ценностей устоялась, и многие (в их числе, бывший мэр Иерусалима Тедди Колек) опасались, что новый культовый объект принизит значение главной святыни – стены плача.

В 2002 году «консерваторы» победили: правительство приняло решение восстановить все как было. Строительство под руководством архитектора Нахума Мельцера началось в 2005 и закончилось в 2010 году. В ходе изыскательских работ под землей раскопали боковой отросток античной улицы Кардо и тайник ЭЦЕЛ, который готовился, в случае захвата города войсками Роммеля, уйти в тоннели и повторить там подвиг древнееврейских повстанцев. Кстати, устав синагоги Хурва предписывает по субботам и праздникам обязательные молитвы за государство Израиль, за солдат Армии обороны Израиля, особые молитвы - в День независимости и День освобождения Иерусалима. 

Восстановление Хурвы обошлось в 43 миллиона шекелей. Денег опять не хватило. Сжигать на этот раз никто ничего не стал. Недостающие средства внесли еврейские олигархи с Украины – Вадим Рабинович и Игорь Коломойский. Ну, что ж, хоть часть грехов им на том свете за это скостится.

Мы зашли в синагогу Хурва – и правда роскошная. Не католический собор, но уже что-то близко к тому. Просторная... Но сразу вопрос: а что найдет для себя в этой синагоге нерелигиозный турист, которому вот это все... Ну, не очень интересно? Ради чего ему стоит заплатить деньги за вход сюда, хоть и почти символические?

Ответ: изумительный вид со смотровой площадки вокруг купола. Я просто не знаю больше в Старом городе такой точки, откуда одновременно видно и башню у Яффских ворот, и Храм Гроба, и мечеть Аль-Акса, и золотые купола православной церкви святой Марии Магдалины… Ради одной этой площадки стоит сюда прийти.

 

Хотя многие по-прежнему называют такую концепцию синагоги спорной. Но у нее есть одно несомненное достоинство – купол высотой 24 метра. Возможно, это так надо, чтобы черному куполу мечети Аль-Акса противостоял белый. 

 

Иерусалим и дельфины 

На пешеходной улице Мамилла мы посетили аттракцион "Лифт времени". Если это специально так было задумано, чтобы сначала раскопки, затем этот 30-минутный исторический ролик, то толково, очень толково.

 

Вообще-то, этот Time Elevator - чисто детское развлечение, его еще называют 4D, 7D, "мультисенсорное художественное действо" и так далее. Это когда показывают в режиме стерео какое-то стремительное движение, и одновременно кресла прыгают, и на тебя чем-то брызгают и чем-то дуют. В Интернете можно найти немало скептических отзывов. Но как раз здесь, надо сказать, кто-то очень добросовестный и покадрово прошелся по всему ролику и состыковал толчки кресел и происходящее на экране, так что иллюзия вполне достоверная (и была бы, на мой субъективный взгляд, еще достовернее, если бы не неистребимая попсовость в игре израильских актеров, но тут уж ничего не пропишешь).

Во-вторых, то, что мы только что видели реальный котлован времени и реальные исторические пласты, придавало этому виртуальному полету на лифте сквозь пласты времени дополнительный смысл. Иерусалиму 5000 лет и, в отличие от многих других городов, даже более древних, он все это время был заселен. Непрерывно. Может быть, города не рассчитаны на столь долгое непрерывное присутствие человека. Может быть, их территория должна время от времени отдыхать от людей, - как поле, после нескольких урожаев, а Иерусалиму не досталось таких периодов… Может быть, потому здесь все так напряженно?

Это я невольно возвращаюсь к теме иерусалимской тревоги, хотя под конец экскурсии нам показали совершенно другой Иерусалим. Если есть в городе места, где можно отдохнуть и расслабиться, то, конечно же, это район улиц Бен-Иегуда – Бен-Гилель, где много уличных музыкантов, просто странных людей (все-таки, Иерусалим иногда причудливо влияет на излишне впечатлительные натуры)... И, как выяснилось, весьма необычных заведений. Во всяком случае, мы меньше всего ожидали, что в центре строгого и благочестивого Иерусалима, в ресторане Dolphin Yam нас угостят совершенно не кошерными, хоть и изумительными, мидиями, креветками и устрицами.

Удивили так удивили. Конечно же, мы не могли не спросить хозяина ресторана:

- Здесь, в центре города так часто проходят демонстрации ультраортодоксов, которые кричат и поджигают мусор. Неужели они ничего не знают про вас и дают вам спокойно работать?

- Они в другом месте кричат, а к нам никогда не приближаются, потому что мы умеем с ними договариваться, - ответил хозяин Dolphin Yam.

Но что значит "уметь договариваться"? Кто-то обратил внимание на то, что Dolphin Yam лишен традиционного атрибута подобных ресторанов - стеклянной витрины с аквариумом, в котором ползают морские гады. Стало быть, его владельцы тоже ограничивали себя какими-то рамками скромности. Другие предположили, что ресторан Dolphin Yam настолько стар, что сам является частью "статус кво" с ортодоксами.

Действительно, ресторан этот не простой, а с историей. Открылся он в 1967 году, сразу после Шестидневной войны, на улице Салах ад-Дин в Восточном Иерусалиме и стал первым в этой части города, чьими совладельцами были еврей и араб. Хотя это и нельзя было назвать безопасным бизнесом. Были времена, когда возле ресторана постоянно дежурил военный джип. Но в своем качестве - в качестве символа объединения города, ресторан оказался настолько востребован, что сама Голда Меир принимала участие в его судьбе. Его посещали Фрэнк Синатра, Элизабет Тейлор, Генри Киссенджер...

Но в 1987 году, с началом Первой интифады Dolphin Yam все-таки вынужден был перебраться в Тель-Авив. А в 2000 году вернулся, но не в Восточный Иерусалим, а в район улицы Бен-Иегуда, на улицу Шимон Бен-Шатах 9, где и отметит в этом году полувековой юбилей. 

Таков Иерусалим - город неделимый, помимо всего прочего, еще и в том смысле, что в нем ни одну тему не удается отделить от политики и от истории. Наши гиды избегали говорить о политике. Но это и не обязательно. Углубившись в материал, всегда можно узнать продолжение рассказанного. Что Авраам Цофеф, собиравший деньги на синагогу Хурва, погиб от руки арабского убийцы. Что в деревне Силуан (Кфар-Шилоах) евреи селились еще в XIX веке, но были принудительно эвакуированы оттуда британцами во время погромов 1929 и арабских беспорядков 1936-1939 годов. Что нынешние беспорядки в Силуане - ответ арабов на попытки организации "Эльад" выкупить обратно еврейскую собственность. Что один из арабских совладельцев ресторана Dolphin Yam был убит "за связь с сионистами"… 

 

Но вот же, однако, ресторан, где мы сидим, - пример явно чего-то другого! Намек на то, что здесь возможен какой-то асимметричный ответ. И напоминание о том, что даже если нам кажется, что мы знаем Иерусалим, этот город всегда найдет чем нас удивить

Теперь посмотрим, как это выглядело.

Вадим Найман

Фото автора

(Продолжение просмотра)

Comments system Cackle